Заголовок карточки
Николай I о казни декабристов. 1826
Аннотация :

Письма Николая I к брату и матери показывают тяжелые переживания императора накануне и после казни декабристов, скорбь по погибшему на Сенатской площади генералу М.А. Милорадовичу.

См. подробнее о портрет Великого князя Николая Павловича.

Автор
  • Николай I Павлович - российский император
Периоды
  • XIX в. (вторая четверть)
  • XIX в. (первая четверть)
Географический рубрикатор
  • Россия
Наименование
  • Декабристы
Тип ресурса
документы
Исторический период
  • Новое время
Тема
  • частная жизнь
  • внутренняя политика
  • общество
Образовательный уровень
  • основная школа
  • углубленное изучение
Библиография: Тарасов Б.Н. Николай Первый. Рыцарь самодержавия. – М.: Олма-пресс. 2007; Щеголев П.Е. Николай I и декабристы: Очерки. – Петроград: «Былое», 1919; Щербаков А. Декабристы. Беспредел по-русски. – М. Олма-пресс 2010.
Территория
Российская империя
Народ
русские
Персоналии
Бестужев-Рюмин, Михаил Павлович; Волконский, Сергей Григорьевич; Каховский, Петр Григорьевич; Константин Павлович, великий кн.; Николай I Павлович, росс. император; Мария Федоровна, росс. императрица; Милорадович, Михаил Андреевич; Муравьев-Апостол, Сергей Иванович; Оболенский 1-й, Евгений Петрович; Пестель Павел Иванович; Рылеев, Кондратий Федорович; Трубецкой, Сергей Петрович; Щепин-Ростовский, Дмитрий Александрович
Источники
Составитель – Пелевин Ю.А.; текст – Хрестоматия по русской истории: Т. IV / Сост. Михаил Коваленский. – Москва; Петроград: Гос. изд-во, 1923. С. 415 – 416.
Тело статьи/биографии :

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Из писем Николая I к Константину Павловичу 6 июля 1826 года.

 

В четверг (3 июня) начался суд со всей приличествующей обрядностью; заседания не прерываются с 10 часов утра до трех часов пополудни; при всем том я не знаю еще, к какому приблизительно дню это может быть окончено.

Затем наступит ужасный день, о котором я не могу думать без содрогания ... Я предполагаю приказать произвести ее на эспланаде крепости.

Из писем Николая I к имп. Марии Федоровне 10, 12, 13 июля 26 года.

Ужасный день настал, милая матушка, и согласно вашего приказания, я сообщаю вам о происшедшем. Сегодня я получил доклад Верховного суда, составленный кратко, и он дал мне возможность, кроме пяти человек, воспользоваться данным мне нравом, — немного убавить степень наказания. Я отстраняю от себя всякий смертный приговор, а участь пяти наиболее жалких предоставляю решению суда. Эти пять следующие. Пестель, Рылеев, Каховский, Сергей Муравьев и Бестужев-Рюмин; 24 приговорены к вечной каторге вместо смертной казни. В числе этих находятся Трубецкой, Оболенский, Волконский, Щепин, Ростовский и им подобные.

Я провел тяжелые сутки и, проходя через покой нашего ангела, я себе сказал, что за него мне приходится исполнять этот ужасный долг, и что всемогущий в своей милости избавил его от этих мучений. Но «да будет воля твоя», и от глубины души поблагодарим провидение, что оно спасло нашу дорогую родину.

Милая и добрая матушка. Приговор состоялся и объявлен виновным. Не поддается перу, что во мне происходит; у меня какое-то лихорадочное состояние, которое я не могу определить. К этому, с одной стороны, примешано какое-то особое чувство ужаса, а с другой, благодарности господу богу, коему было благоугодно, чтобы этот отвратительный процесс был доведен до конца. Голова моя положительно идет кругом. Если я добавлю к этому о том количестве писем, которые ко мне ежедневно поступают, одни, полные отчаяния, а другие – написанные в состоянии умопомешательства, то могу вас уверить, любезная матушка, что только одно чувство ужасающего долга на занимаемом посту заставит меня терпеть все эти муки. Завтра в три часа утра это дело должно совершиться. Вечером надеюсь вам сообщить об исходе.

Пишу на скорую руку – два слова, милая матушка, желая вам сообщить, что все совершилось тихо и в порядке; гнусные и вели себя гнусно, без всякого достоинства.

Сегодня вечером выезжает Чернышев и, как очевидец, может рассказать вам все подробности. Извините за краткость изложения, но зная и разделяя ваше беспокойство, милая матушка, я хотел довести до вашего сведения то, что мне уже стало известным.

Милая матушка. Час тому назад мы вернулись сюда, и, по полученным сведениям, везде все спокойно, царит единодушное возмущение, а что все, наконец, копчено, производит всеобщее довольство. Подробности казни (т. е. чтения приговора и самой казни), как она ни ужасна, убедили всех, что одураченные люди заслужили эту кару, почти никто из них не раскаялся; зато пять казненных проявили большее чувство раскаяния, особенно Каховский, который, идя на смерть, сказал, что молится за меня. Его единственного я и жалею. Да простит ему господь и умиротворит его душу. Войска, были великолепны и дух их прекрасный. Завтра мы на площади отслужим молеб – [С. 415]ствие; эстрада находится как раз на том месте, где погиб несчастный Милорадович.

Будет все это грустно, но и торжественно, когда вспомнишь об этом дне жестокого испытания и ужаса.

А для меня всегда будет утешением в жизни мысль о том, что наш ангел избавился от происшедшего, что наша честь спасена и что господь дал новое доказательство своей милости к нашей дорогой родине... [С. 416]

Хрестоматия по русской истории: Т. IV / Сост. Михаил Коваленский. – Москва; Петроград: Гос. изд-во, 1923. С. 415 – 416.

Вид исторического источника
  • Документ личного происхождения

биография:

изображения: